Главная страница Гостевая книга Ссылки на сайты близкой тематики E-mail
 

ПЛЕХАНОВ Георгий Валентинович (1856-1918)

Г.В. Плеханов Видный деятель российского и международного социалистического движения, основоположник марксизма в России Г.В. Плеханов родился 29 ноября (11 декабря) 1856 года в деревне Гудаловка Липецкого уезда Тамбовской губернии (ныне – Липецкая область) в имении своих родителей – отставного штабс-капитана Валентина Петровича Плеханова (1810-1873) и Марии Фёдоровны Белынской (1832-1881), мелкопоместных дворян. Продолжая дело отца, Георгий в 1873 году окончил с золотой медалью Воронежскую Михайловскую военную гимназию, после чего поступил в Константиновское артиллерийское юнкерское училище в Санкт-Петербурге. Однако уже в 1874 году Г.В. Плеханов разочаровался в военной карьере, оставил училище и сдал экзамены в Петербургский Горный институт. Учился он хорошо и за успехи получал Екатерининскую стипендию, но завершить образование не успел, т.к. с 1875 года установил связи с народническим кружком “бунтарей” (сторонников М.А. Бакунина) и начал заниматься революционной деятельностью. Официальным поводом исключения Г.В. Плеханова из Горного института в 1876 году был «невзнос платы». Так начался марксистский путь Г.В. Плеханова. Интересно отметить, что один из его братьев, Григорий, стал полицейским исправником и всю свою жизнь посвятил охране царского самодержавия от посягательств революции, руководимой его братом.

П.Б. Аксельрод, познакомившийся с Плехановым, когда тот был студентом 1-го курса, вспоминал: “Юноша произвёл на меня приятное впечатление. Говорил он хорошо, деловито, просто и вместе с тем весьма литературно. Чувствовалась в нём большая любознательность, привычка читать, думать, работать. Он мечтал в это время окончить Горный институт и поехать за границу усовершенствоваться в химии”. По рекомендации П.Б. Аксельрода Георгия Плеханова привлекли к революционной работе. Осенью 1876 года, почти сразу же после образования народнической организации “Земля и воля”, Г.В. Плеханов вступил в её ряды, сразу же зарекомендовав себя «специалистом» по рабочему вопросу. Благодаря своим блестящим способностям, юноша очень быстро выдвинулся. Совсем скоро он был уже одним из организаторов первой в России политической демонстрации рабочих и студентов на площади у Казанского собора 6 декабря 1876 года, где произнёс антимонархическую речь в защиту Н.Г. Чернышевского, которую закончил словами "Да здравствует "Земля и воля!""

В своих воспоминаниях П.Б. Аксельрод писал: “Впоследствии он рассказывал мне, как подготовлялась Казанская демонстрация. Целыми днями Плеханов бегал по заводским кварталам, разыскивая сознательных рабочих, которых нужно было привлечь к делу. Вечером Натансон расспрашивал его о выполненной работе, и порой в повышенном тоне очень строго выговаривал студенту, почему не побывал он по такому-то адресу. Плеханов кротко выслушивал резкие замечания старшего товарища и на следующий день утром спешил исправить упущения. Все его мечты об окончании института и о дальнейшей научной работе рассеялись, как дым, – в революции Плеханов нашёл своё призвание”.

Произнеся свою речь, Плеханов успел переменить шапку, закутаться в башлык и неузнанным скрылся с площади. После этого Плеханов, избегая ареста, перешёл на нелегальное положение, а вскоре он уже получил известность как теоретик, публицист и один из руководителей "Земли и воли". В 1877 году в целях революционной агитации и организации бунтарских выступлений он выезжал в Саратовскую губернию, а летом 1878 года – на Дон. Под знаком верности народничеству прошло его первое пребывание за рубежом (весна – лето 1877 года); Плеханов посетил Швейцарию, Германию, Францию, познакомился с П.А. Кропоткиным, П.Л. Лавровым, П.Н. Ткачёвым, другими политическими эмигрантами из России. Будучи тогда народником-бунтарём, то есть сторонником крестьянского социализма, верящим, что крестьяне в России по природе своей социалисты и уже готовы к революции, Плеханов отличался от других товарищей по партии тем, что дорожил пропагандой среди рабочих, видя в них не представителей пролетариата, а именно крестьян, поддерживающих тесные связи с деревней.

Весной 1878 года Г.В. Плеханов участвовал в редактировании обновлённого варианта программы «Земли и воли», в июле вошёл в редколлегию одноимённой газеты, 10 октября 1878 года вернулся в Петербург. Склонность Плеханова к серьёзной интеллектуальной работе подтвердила его статья «Закон экономического развития общества и задачи социализма в России», опубликованная в журнале «Земля и воля» (1879, № 3–4). В этой статье, Плеханов, в частности, выразил уважительное отношение к учению К.Маркса, что, однако, ещё не было его поворотом к марксизму. Он вёл пропаганду среди рабочих, руководил январскими стачками 1879 года. Когда в октябре 1879 года “Земля и воля” распалась и большинство её членов образовало террористическую “Народную волю”, Плеханов стал во главе революционно-народнической группы “Чёрный передел”, смело противостоявшей терроризму “Народной воли”, выступавшей за народническую пропаганду среди рабочих и крестьян. Плеханов был редактором первого номера "Чёрного Передела", который в свет не вышел, так как 28 января 1880 года весь тираж был захвачен полицией в тайной типографии.

Опасность ареста и поиск новых путей для революционной борьбы вынудили Плеханова, В.И. Засулич, Л.Г. Дейча, Я.В. Стефановича в январе 1880 года нелегально покинуть Россию и поселиться в Швейцарии. Весь 1880 год Плеханов наблюдал за кризисом “Чёрного передела” и крахом “Народной воли”, последовавшим в 1881 году. В 1882-1883 годах у Плеханова складывается марксистское мировоззрение; он становится убеждённым и решительным критиком идеологии народничества, первым пропагандистом, теоретиком и популяризатором марксизма в России. Знакомый с сочинениями Маркса ещё в 1870-е годы, в народнический период и уже тогда принимавший марксизм, но толковавший его на народнический лад, Плеханов к этому времени сделался ортодоксальным марксистом и пришёл к выводу, что если в России возможна революция, то только тогда, когда созреет пролетариат. Марксизм открывал для Плеханова новое, широкое поле для его деятельности как революционера-социалиста. В мае 1882 года он перевёл на русский язык "Манифест Коммунистической партии" К.Маркса и Ф.Энгельса и написал предисловие к нему – работа, превратившая Плеханова в убеждённого марксиста.

Газета Искра Г.В. Плеханов писал, что вместе с другими сочинениями его авторов «Манифест» «начал новую эпоху в истории социалистической и экономической литературы – эпоху критики современных отношений труда к капиталу и, чуждого всяких утопий, научного обоснования социализма». Так Плеханов стал первым русским марксистом, видным теоретиком, блестящим популяризатором и смелым защитником научного социализма. Год спустя, в сентябре 1883 года, вместе с соратниками по “Чёрному переделу” П.Аксельродом, В.Засулич, Л.Дейчем и В.Игнатовым он основал в Женеве первую российскую марксистскую организацию – группу “Освобождение труда”. Вполне социал-демократическая по своей программе и задачам, она была скорее группой издательской, чем партийной. Эта группа положила начало распространению марксизма в России. Она переводила на русский язык и распространяла важнейшие сочинения Маркса и Энгельса. Первым её изданием была брошюра Плеханова "Социализм и политическая борьба" (Женева, 1883), в которой развиты основные принципы социал-демократизма. В следующем году та же группа издала большую книгу Плеханова "Наши разногласия" (Женева, 1884). Члены группы перевели на русский язык и издали, помимо "Манифеста Коммунистической партии", работы "Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии", "Тезисы о Фейербахе", части книг "Святое семейство" и др.

Больше всего на свете Плеханов ненавидел деспотизм, утверждая: “Капитализм плох, но деспотизм ещё хуже. Капитализм развивает в человеке зверя; деспотизм делает из человека вьючное животное. Капитализм налагает свою грязную руку на литературу и науку; деспотизм убивает науку и литературу...” Как он выразился в сентябре 1880 года в “Чёрном переделе”: “Над Россией тяготеет проклятие, налагаемое историей на всякую отсталую и развращённую страну. Сама природа как будто ополчается на наше несчастное отечество и поражает его целым рядом бедствий, не уступающих картине египетских казней”. Не капиталистическое неравноправие при капитализме, а глубокая ненависть к царскому деспотизму и русской отсталости, которая, по его мнению, была основой этого деспотизма, сделали из Плеханова революционера. В учении Маркса и Энгельса Плеханов нашёл научную теорию и революционную стратегию, в которых было обещание освободить Россию от деспотизма и отсталости.

Плеханов нанёс сильный удар по идеологии народничества. Признавая заслуги народников и народовольцев в борьбе с деспотизмом, но отрицательно относясь к их теориям, называя эти теории реакционными, Плеханов в своей книге «Социализм и политическая борьба» обосновывает теорию марксизма в его применении к России. Эта книга может считаться исходной точкой русского социал-демократического движения. Развитие капитализма и появление рабочего движения были предсказаны в ней чрезвычайно верно. Он научно опроверг утверждения народников о том, что капитализм в России – якобы "случайное явление", что крестьянская община способна не только противостоять капитализму, но и явиться главным преимуществом при переходе страны к социализму. Плеханов показал, что Россия неудержимо идёт по пути капиталистического развития и что задача революционеров состоит в том, чтобы использовать этот процесс в интересах революции. Он учил видеть в нарождавшемся пролетариате главную силу в борьбе с самодержавием, призывал развивать политическое сознание рабочих, бороться за создание социалистической рабочей партии. Эти работы Г.В. Плеханова не только развенчивали народнические идеи, но и способствовали развитию марксизма в России.

Г.В. Плеханов первым в России рассмотрел вопросы о характере предстоящей революции, об исторической миссии пролетариата в русском революционном движении, выдвинув перед русскими революционерами задачу образования рабочей социалистической партии. Несмотря на все трудности, настроение у Плеханова в первые годы деятельности группы было приподнятое. После многих лет идейных исканий, как ему казалось, путь был найден. В 1884-1888 годах Г.В. Плеханов опубликовал два проекта программы русского социал-демократизма. Первая "Программа социал-демократической группы "Освобождение труда" вышла в 1884 году, и часть её тиража попала в Россию. В это время у Плеханова и его сторонников устанавливается связь с революционной организацией в Петербурге "Партией русских социал-демократов". Плеханов, получив замечания на проект программы от этой группы и других социал-демократов России, доработал его в 1885 году. Теперь он назывался "Проект программы русских социал-демократов".

В эмиграции Плеханов посещал лекции в Женевском и Сорбоннском университетах, давал частные уроки, много времени уделял изучению произведений Маркса и Энгельса. Он знакомился с западноевропейским рабочим движением, установил личные контакты с лидерами социал-демократического движения: К.Каутским, В.Либкнехтом, А.Бебелем и другими, а в 1889 году познакомился с Фридрихом Энгельсом. Г.В. Плеханов активно участвовал в работе II Интернационала со времени его основания (с 14 по 21 июля 1889 года в Париже состоялся первый конгресс II Интернационала). Ф.Энгельс, имевший прочные идейно-политические связи с русскими революционерами, стремился к тому, чтобы и Россия была представлена на конгрессе. Г.В. Плеханов от имени русской социал-демократии выступил с речью. Он воспользовался трибуной конгресса, чтобы выступить с критикой народнических идей: "Силы наших революционных идеологов могут быть достаточны для борьбы против царей как личностей, но их слишком мало для победы над царизмом как политической системой". В заключение Плеханов сказал: "Задача нашей революционной интеллигенции сводится, по мнению русских социал-демократов, к следующему: она должна усвоить взгляды современного научного социализма, распространить их в рабочей среде и с помощью рабочих приступом взять твердыню самодержавия. Революционное движение в России может восторжествовать только как революционное движение рабочих. Другого выхода у нас нет и быть не может".

Руководимая Плехановым группа "Освобождение труда" оказала значительное влияние на деятельность марксистских кружков, возникших в 1880-х годах в России. Но, как подчёркивал Ленин, группа "лишь теоретически основала социал-демократию и сделала первый шаг навстречу рабочему движению". Весной 1895 года Г.В. Плеханов впервые встретился с приехавшим в Швейцарию В.И. Лениным. В ходе этой встречи была достигнута договорённость об установлении связей между группой "Освобождение труда" и марксистскими организациями России, с Петербургским "Союзом борьбы за освобождение рабочего класса". К этому времени в России благодаря распространению в ней многочисленных произведений Плеханова и его товарищей, усиленная проповедь учения Маркса и Энгельса дала громадные результаты. Среди рабочих эти взгляды к середине 1890-х до того распространились, что это было официально признано правительством. Чего не могли достигнуть "народовольцы", сосредоточившие всё своё внимание на цареубийстве, того добилась проповедь марксизма: в России появился значительный контингент рабочих, взявших в свои руки дело завоевания политических прав для всего населения. Таким образом, оправдывалось предсказание Плеханова, что "русская революция победит как рабочая революция или её вовсе не будет".

Сочинения Г.В. Плеханова Г.В. Плеханов справедливо был назван одним из его биографов “отцом русского марксизма”. Однако он сыграл и более крупную роль, поскольку созданные им идеология и революционная стратегия социал-демократии позволили широкому кругу русской интеллигенции, ненавидевшей как русский царизм, так и буржуазный капитализм и искавшей “особый” русский путь к социализму, найти свою прогрессивную роль руководителя зарождающегося рабочего класса. В 1880-1890 годах Плеханов превратился в маститого теоретика и популяризатора марксизма как “цельного, гармонического и последовательного миросозерцания”, включавшего диалектический материализм (именно ему приписывают авторство этого термина), исторический материализм, политическую экономию и политическую социологию Маркса. В целом ряде статей, среди которых “К шестидесятой годовщине смерти Гегеля” (1891), “Людвиг Фейербах Ф.Энгельса” (1892), и в особенности в его философском труде “К вопросу о развитии монистического взгляда на историю” (1895), Плеханов изложил “марксизм как теоретическую доктрину” и таким образом стал “учителем марксизма” в России. Последняя из перечисленных работ вышла в Петербурге легально и стала настольной книгой русских социал-демократов. Ленин говорил, что на ней "воспиталось целое поколение русских марксистов".

Для Плеханова марксизм являлся “великой революцией в социальных науках”, столь же великой, как дарвиновская революция в теории эволюции и революция Коперника в астрономии, революцией, которая позволила человеку открыть “объективные законы развития”. Он был убеждён, что марксисты, вооружённые диалектическим материализмом, сумеют “приплыть по течению истории” к “конечной цели” – социализму, неизбежной “действительности будущего”. Для Г.В. Плеханова был характерен своеобразный культ марксизма, была недопустима любая критика положений марксизма, неприемлемы и «другие социализмы». В отношении «неправоверных» Плеханов следовал примеру Св. Бернара, с которым сравнил себя: «Святой Бернар говорил: «У меня есть Евангелие, и если бы ангел спустился с неба и стал противоречить ему, – анафема самому ангелу!» Поэтому не удивительно, что, когда в 1898 году Бернштейн и Конрад Шмидт вознамерились оспорить некоторые элементы марксистской теории, Плеханов увидел в этой “критике” покушение на “современный социализм в его целом” и яростно ринулся на защиту “социалистической теории – неприступной крепости, о которую разбиваются все вражеские силы”. В борьбе против немецких ревизионистов и русских “легальных марксистов” Плеханов стал бесстрашным поборником марксистской ортодоксальности и привил русской социал-демократии тот воинственный дух, ту непримиримость и нетерпимость, которые стали для него характерными.

Первой жертвой Плеханова стал Струве, которого он исключил из партии. Далее Плеханов перешёл на “экономистов” Сергея Прокоповича и Екатерину Кускову, требуя, чтобы их исключили из “Союза русских социал-демократов за границей”, поскольку в своем отрицании “точки зрения социал-демократии” они зашли “даже дальше пресловутого „отступника" Бернштейна”. Из-за своей “феноменальной нетерпимости”, по словам Ленина, и ненасытной жажды преклонения перед собственным авторитетом и лидерством Плеханов оттолкнул от себя немало учеников и друзей, которые раньше им восхищались. Примечателен рассказ Ленина А.Потресову о встрече с Плехановым в августе 1900 года: “Никогда, никогда в моей жизни я не относился ни к одному человеку с таким искренним уважением и почтением, ни перед кем я не держал себя с таким “смирением” – и никогда не испытывал такого грубого „пинка"”. «Это человек, пред которым приходится съёживаться», - говорил о Плеханове Ленин.

Начиная с 1880-х годов, Г.В. Плеханов под разными псевдонимами (Н.Бельтов, А.Волгин, А.С. Максимов-Дружбинин и др.) писал и в легальной литературе, в том числе в "Отечественных Записках". В 1889 году Плеханов был выслан из Женевы, но вскоре вновь поселился там. В 1895 году он был выслан из Франции как анархист, и с тех пор не имел права въезда во Францию. Однако когда он в 1900 году приезжал в Париж, под чужим именем, на международный социалистический конгресс, то французское правительство не решилось его арестовать и вновь выслать.

В начале 1890-х годов расширились революционные связи Плеханова с деятелями европейского рабочего движения. В конце 1894 – начале 1895 года по инициативе Плеханова был создан «Союз русских социал-демократов за границей». Он участвует в Цюрихском (1893), Амстердамском (1904), Копенгагенском (1910) конгрессах II Интернационала. В 1900 году Г.В. Плеханов принял участие в основании первой общероссийской марксистской газеты “Искра”, вдохновителем и организатором которой был Ленин. Газета “Искра” (1900-1905) и журнал “Заря” (1901-1902) стали сильнейшим оружием в борьбе за создание пролетарской партии в России. При разработке редакцией "Искры" Программы партии Ленин подверг обоснованной критике ряд положений проекта, представленного Плехановым (отсутствие пункта о диктатуре пролетариата, недооценка революционных возможностей российского рабочего класса и др.). Ленин внёс в проект существенные поправки и дополнения, в результате чего был разработан марксистский проект Программы, который был опубликован в 1902 году и принят на II съезде РСДРП (Брюссель – Лондон, июль – август 1903). Окончательный вариант Программы стал в большей степени результатом труда Ленина, нежели Плеханова.

Вместе с В.И. Лениным Г.В. Плеханов проделал большую работу по организации II съезда РСДРП. Этот съезд фактически был учредительным съездом, так как неудачный I съезд не смог объединить социал-демократов. Второй съезд стал великим событием, вершиной карьеры Плеханова. Появившись вместе с Лениным, главным вдохновителем и основной движущей силой съезда, Плеханов, наконец, получил признание вождя-теоретика русской социал-демократии и был единодушно избран (вместе с Лениным и Мартовым) членом Совета партии (до 1905). На II съезде Плеханов занимал революционную позицию, вместе с Лениным отстаивал принципы марксизма, боролся против оппортунистов. «Если бы ради успеха революции потребовалось бы временно ограничить действие того или другого демократического принципа, то перед таким ограничением преступно было бы остановиться», - говорил Плеханов в своей речи на открытии съезда. Противоречивый приём, который встретила “якобинская” речь Плеханова, произнесённая под аплодисменты и свист, не произвёл на него никакого впечатления. Видимо, Плеханов с удовольствием наблюдал, как покидали зал остатки разбитого экономизма – Владимир Акимов и Александр Мартынов – и теперь уже оказавшиеся в изоляции дерзкие, независимые бундовцы. Но тут произошёл переворот – раскол между сторонниками Мартова, будущими меньшевиками, и сторонниками Ленина, будущими большевиками.

Плеханов искренне пытался примирить большевиков с меньшевиками, однако он не смог до конца освободиться от груза социал-демократических традиций партий II-го Интернационала, не понял новых задач в эпоху империализма. Уже в это время между Лениным и Плехановым обнаружились глубокие расхождения по многим вопросам рабочего движения. Плеханов выступил против ленинского курса на перерастание буржуазно-демократической революции в социалистическую. Если на съезде и какое-то время после него он горячо защищал Ленина, то уже в конце октября 1903 года резко разошёлся с ним во взглядах, перешёл на сторону меньшевизма и стал одним из его лидеров, надеясь, среди прочего, что это поможет восстановить единство партии, помещать утверждению в ней ленинской авторитарности. Одно время ему пришлось выйти из состава редакции "Искры", но потом он вновь в неё вступил и редактировал "Искру" до её прекращения (в конце 1905 года).

Во время русско-японской войны Г.В. Плеханов придерживался пораженческой позиции. Считая ответственным за войну царское самодержавие, “злейшего и опаснейшего врага” русского народа, он питал надежду на то, что поражение России сможет “до основания расшатать режим Николая II”. На предсъездовской сессии Амстердамского конгресса II Интернационала в августе 1904 года Плеханов и Сен Катаяма, японский социалист, продемонстрировали свой интернационализм и социалистическую солидарность, когда, поднявшись под аплодисменты делегатов, они пожали друг другу руки. Основная тема доклада Плеханова на конгрессе – “наконец наступает час, когда деспотизм стоит перед своим заслуженным концом”. Следуя этому выводу, Плеханов на теоретическом уровне в дискуссии с Жоресом и Бернштейном подтвердил положение “Манифеста Коммунистической партии” о том, что “рабочие не имеют отечества”. Что же касается основного вопроса об отношении социалистов к войне, Плеханов ещё и ещё раз повторял свой любимый лозунг: “благо революции – высший закон”.

Ленин и Плеханов Когда настало “Кровавое воскресенье” 9 января 1905 года, с ним появился и страстный призыв Плеханова к вооружённому сопротивлению, которое могло перерасти в вооружённое восстание и в революцию, его русская революция должна была стать самой “буржуазной”. Его тактические советы социал-демократам в России заключались в том, что те должны были искать союзников среди прогрессивных элементов общества, например, среди либеральной буржуазии, и, “врозь идя, вместе быть”, чтобы свергнуть царскую власть и добиться “буржуазной свободы”, но не социализма, стоящей первым вопросом в повестке дня. Именно в этом духе он предписывал русским социал-демократам не “запугивать буржуазию”, не обращаться с ней как с “реакционной массой”.

Во время Революции 1905-1907 годов Г.В. Плеханов порывался вернуться в Россию, но из-за обострения болезни (с 1887 года он болел туберкулёзом) не смог приехать и остался, таким образом, в стороне от активных революционных событий. В феврале 1905 года в статье "Врозь идти, вместе бить", опубликованной в “Искре”, он призывал к вооружённому восстанию против самодержавия, но к восстанию тщательно подготовленному, особое внимание при этом обращал на необходимость агитации в армии. Заняв такую позицию, Плеханов выступил против большевиков по основным тактическим вопросам: стоял за союз с либеральной буржуазией, объединение усилий «всего общества» в целях сокрушения здания царизма, осуждал курс на немедленное вооружённое восстание, считал главной парламентскую форму борьбы и говорил о необходимости выступить в блоке с кадетами во время выборов в Государственную думу в 1906-1907 годах. Осмысливая причины поражения Декабрьского вооружённого восстания 1905 года, Г.В. Плеханов пришёл к выводу, что "несвоевременно начатая политическая забастовка привела к вооружённым восстаниям в Москве, Сормове, Бахмуте и т.д. В этих восстаниях наш пролетариат показал себя сильным, смелым и самоотверженным. И всё-таки его сила оказалась недостаточной для победы. Это обстоятельство нетрудно было предвидеть. А потому не нужно было и браться за оружие".

Будучи ортодоксальным марксистом, Г.В. Плеханов всегда выступал сторонником решительной борьбы с самодержавием. Этот вывод: «не нужно было и браться за оружие», сделанный после поражения восстания, вызванного большевистскими агитаторами, отнюдь не свидетельствовал, вопреки утверждениям Ленина, о проявлениях «оппортунизма» Плеханова. Он никогда не был анемичным мыслителем и всегда сохранял веру в высокий потенциал пролетариата как революционного класса, как главной силы в борьбе с самодержавием. Но “если кто может ещё спасти самодержавие, - писал он из Женевы, - так это сами же революционеры несвоевременными возбуждениями к вооруженным вспышкам”. Плеханов писал: "Вооружённое восстание дело нешуточное, от него зависит дальнейшая судьба движения, потому легкомысленная болтовня о нём составляет настоящее преступление перед революционным пролетариатом. Между тем некоторые наши товарищи обнаруживают в этом случае почти невероятное легкомыслие. Их головы превратились в своего рода "органчики", наигрывающие одну только арию вооружённого восстания. В этом восстании для них заключается альфа и омега всей тактической мудрости. Но именно благодаря этому их тактическая мудрость становится тактическим безумством". Последовавшие события – разгон первой и второй Государственной Думы и наступившая затем продолжительная реакция (1907-1910), сопровождавшаяся столыпинским террором и черносотенными изуверствами, вполне подтвердили правильность сделанного Плехановым прогноза.

В период реакции, когда большевики высказались за полный бойкот Государственной Думы, Плеханов энергично выступал за участие социал-демократов в её работе, начиная с первого созыва в 1906 году, допускал создание блока с кадетами, поддерживал отдельные внедумские действия социал-демократов с буржуазными либералами. Он призывал самым активным образом участвовать во всех фазах избирательной кампании, а также и в законодательной деятельности Государственной Думы, могущей явиться свободной трибуной для проповеди социализма широким массам населения. Свою приверженность общей схеме расстановки политических сил Плеханов сохранял и в дальнейшем. Надеясь на новый подъём революционной волны, он призывал не форсировать события, а сосредоточиться на воспитании политической сознательности пролетариата, на собирании и умножении всех антисамодержавных сил.

Взгляды Плеханова служили одним из важнейших компонентов идеологии меньшевизма как более умеренного течения в РСДРП. Однако Георгий Валентинович оставлял за собой право на идейную самостоятельность и отнюдь не всегда поддерживал меньшевиков, что проявилось, например, после первой революции в его совместной с Лениным борьбе против так называемого ликвидаторства. При этом прочный союз с большевиками, которых Плеханов предлагал называть не марксистами, а бланкистами, им исключался. В 1908-1909 годах имел место конфликт в редакции многотомного издания «Общественное движение в России в начале XX века». Плеханов объявил А.Н. Потресова (автора статьи в первом томе) в проявлениях «ревизионистских» взглядов, выразившихся, по его мнению, в умалении роли группы «Освобождение труда» и, наоборот, в преувеличенно высоких оценках деятельности «легальных марксистов». Конфликт как таковой вероятно можно было разрешить, но за ним, однако, скрывалась неудовлетворённость Плеханова состоянием меньшевизма, в котором развивалось «ликвидаторство». Упрёки в идейной нестойкости деятелей меньшевизма сочетались у Плеханова со стремлением утвердить свою точку зрения как единственно правильную. В результате конфликт послужил фоном фактического разрыва Плеханова с меньшевистским руководством (П.Б. Аксельродом, Ю.О. Мартовым, А.Н. Потресовым и др.). Плеханов возглавил течение «партийного», или революционного меньшевизма и стал его главным идеологом, стремясь, как и прежде, выступать под флагом марксистской ортодоксальности, против «ликвидаторства» и революционного максимализма большевиков. При этом он выражал надежды на восстановление единства РСДРП на основе общепартийной программы 1903 года. Эти надежды, однако, были иллюзорными, что стало особенно очевидным после проведения большевиками фракционной Пражской конференции (январь 1912) и Венской конференции организаций РСДРП (август – сентябрь 1912) их противниками. Война Плеханова против большевистских и меньшевистских “еретиков” превратила его в человека, который (как он признавался Вере Засулич) “в политике одинок”. В 1911 году он потерял и последних друзей-меньшевиков, когда в разнузданном и мстительном крестовом походе против “ликвидаторов” в “Открытом письме” напал на Павла Аксельрода и Веру Засулич, клевеща на них за их участие в партийных столкновениях 1903 года; и снова их потерял, когда Мартов, Дан и Мартынов в “Открытом письме” Аксельроду и Вере Засулич подтвердили им свою дружбу и восхищение.

С началом мировой войны (1914-1918) Г.В. Плеханов, как и многие другие социалисты, не смог совместить в условиях войны приверженность пролетарскому интернационализму с патриотизмом. Если во время русско-японской войны 1904-1905 годов Плеханов выступал за поражение царской России в интересах приближения революции, то теперь он занял социал-патриотические позиции «вынужденного оборончества», обоснованием которого стали утверждения, что победа кайзеровской Германии и её союзников замедлила бы экономическое развитие, положила бы конец процессу европеизации России, отбросив завоевания пролетариата. Он твёрдо стал на сторону союзных стран против Германии, призывал к борьбе с немецким империализмом, резко критиковал "интернационалистов", считая, что их требования о заключении мира без аннексий и контрибуций не достигают главной цели – устранения причин войны, а лозунг братания солдат на фронте назвал "бесстыдной провокацией". Что же касается его отношения к царской России в войне, то, если Ленин полагал, что “наименьшим злом было бы теперь поражение царизма”, “ибо царизм во сто раз хуже кайзеризма”, Плеханов не видел особых причин предпочитать “эксплуататора, говорящего по-немецки”, тому, который говорил по-русски, в особенности когда (и в этом он был уверен) победа немцев над Россией приостановила бы “наше экономическое развитие и укрепила старый порядок”.

Известие о Февральской революции 1917 года застало Г.В. Плеханова в Италии, где давно страдавший туберкулёзом, он проводил зимние месяцы. Несмотря на неблагоприятное время года ввиду состояния здоровья, Плеханов, получив приглашение от делегации Французской социалистической партии, собравшейся отправиться с поздравлениями в Россию, бросил все свои дела и собрался в путь. В ночь с 31 марта на 1 апреля (13-14 апреля) 1917 года Плеханов после 37 лет изгнания, пожилым и больным, вернулся в Петроград: на Финляндском вокзале от Петроградского Совета РСД его приветствовали Н.С. Чхеидзе, И.Г. Церетели и М.И. Скобелев. В краткой речи Плеханов сказал: "Я счастлив, что вернулся на Родину, я отдам остаток своих сил работе для победы революции. Надеюсь ещё поработать, ещё пожить, но готов и умереть за эту победу". 2 апреля он выступил на Всероссийском совещании Советов РСД, где изложил своё отношение к революционным событиям в России, высказался за продолжение войны для защиты Родины и революции "от немцев": "Теперь мы сделали революцию и должны помнить, что если немцы победят нас, то это будет означать не только наложение на нас ига немецких эксплуататоров, но и большую вероятность восстановления старого режима". Плеханов призывал бороться как "против врага внутреннего, так и против врага внешнего", избегать всего, что может вызвать "преждевременную гражданскую войну" и "порождать недоразумения между населением и армией". В начале апреля по просьбе министра путей сообщения Н.В. Некрасова он возглавил особую комиссию для выработки новых ставок оплаты труда железнодорожников. Денежные прибавки были введены в середине 1917 года, но не удовлетворили ж.-д. рабочих.

Возглавляя созданную в мае 1914 года малочисленную социал-демократическую группу “Единство”, в которую входили, в частности Лев Дейч и Вера Засулич, он поддерживал буржуазное Временное правительство, его политику "войны до победного конца", выступал против большевиков и ленинского курса на социалистическую революцию в России. Несмотря на плохое здоровье, Плеханов участвовал в заседаниях Совета народных депутатов, на митингах, ему приходилось откликаться на все злободневные вопросы, диктовать свои статьи для редактируемой им газеты "Единство". В статье "О тезисах Ленина и о том, почему бред бывает подчас интересен" Плеханов резко выступил против Апрельских тезисов Ленина, назвав их "бредом", и курса большевиков на подготовку и проведение социалистической революции, так как не видел объективных условий для неё. Известны его слова, сказанные в июне 1917 года: "Русская история ещё не смолола той муки, из которой будет со временем испечён пшеничный пирог социализма. Должно пройти время, прежде чем страна будет готова к буржуазно-демократической революции, а после того, как капитализм в России завершит свою цивилизаторскую работу, - и к социалистической". А вот ещё одно высказывание Плеханова на ту же тему: "Социалистический строй предполагает, по крайней мере, два непременных условия: 1) высокую степень развития производительных сил (т.н. техники), 2) высокий уровень сознательности в трудящемся населении страны. В России нет ни того, ни другого, и поэтому толковать об организации социалистического общества в нынешней России значит вдаваться в несомненную и притом крайне вредную утопию".

100-летие Плеханова Объявляя большевиков “бакунинцами сегодняшнего дня”, он критиковал их намерение создать диктатуру пролетариата в отсталой России, обвиняя их в том, что, “согласно урокам социал-демократии”, подобная диктатура “возможна только в случае, если трудящиеся будут составлять большинство населения страны”. В противном случае она "неуместна и опасна", а диктатура нескольких десятков лиц, "диктатура Смольного института" – тем более. Таким образом, Плеханов, возможно, впервые сослался на общепринятое понятие диктатуры пролетариата, определяющее её как власть большинства. Тем не менее, всю свою ярость он направил против меньшевиков, “полуленинцев”, как он их саркастически называл. Выступая за русскую буржуазную революцию, они на самом деле подразумевали “буржуазный порядок” и капиталистическое развитие “без буржуазии”. Следовательно, полемически замечал Плеханов, они “губили революционную демократию” и революцию.

Естественно, что, выступая против Плеханова, большевики максимально использовали тот момент, что он утратил уже свои интернационалистские и революционные взгляды и что меньшевики отошли от него и от его группы “Единство”, не допустили его в Исполнительный комитет Петроградского совета и не пригласили на свой съезд, состоявшийся в августе. Меньшевики-“полуленинцы” из “Рабочей газеты” даже взяли реванш, когда 25 мая 1917 года, комментируя изоляцию Плеханова, писали: “История сыграла с ним злую шутку: его, первого, кто наметил прямой путь революции, она вынудила всем весом своего авторитета воспротивиться революционному движению во время войны, а когда, наконец, без него началась революция, история вывела его из борьбы, оставила в стороне и дала ему единственное утешение – кляузно жаловаться”.

На Государственном совещании в августе 1917 года Г.В. Плеханов выступил на стороне Корнилова. Плеханов был, несомненно, авторитетным политиком и публицистом. В смутные дни 1917 года за консультацией к нему обращались самые разные политические деятели: А.В. Колчак, рассказывая Плеханову о растущей деморализации на флоте, “плакал, как дитя”. М.В. Пуришкевич упрашивал Плеханова взять на себя управление страной, которой грозит гибель: “Вы мой политический враг, но я знаю, что вы любите Родину. И это сознание внушает мне глубокое доверие к Вам”. М.В. Родзянко навещая больного Плеханова, сказал: “Я пришёл с Вами познакомиться, т.к. мне говорили, что Вы очень умный человек”. Плеханов предсказывал, что если В.И. Ленин займет место А.Ф. Керенского, то «это будет началом конца нашей революции. Торжество ленинской тактики принесёт с собой такую гибельную экономическую разруху, что значительное большинство населения страны повернётся спиной к революционерам». Плеханов резко осуждал большевиков. Он бросал Ленину упрёки в том, что он собирает под свои знамёна "разнузданную чернорабочую чернь", строит свои псевдореволюционные планы на недоразвитости "дикого, голодного пролетариата". Такая позиция Плеханова импонировала социальным силам, стоявшим на позициях оборончества, их представители наносили визиты Плеханову и выражали солидарность с ним.

28 октября 1917 года Плеханов опубликовал в газете “Единство” “Открытое письмо к петроградским рабочим”, где предрекал гражданскую войну, которая заставит отступить далеко назад от позиций, завоёванных в феврале – марте 1917 года. При этом Плеханов повторил, что пролетариат составляет меньшинство населения страны, а крестьянство не нуждается в замене капиталистического строя социализмом. Пророческим оказалось предостережение Плеханова, что захват власти "одним классом или – ещё того хуже – одной партией" может иметь печальные последствия. В дальнейшем Плеханов осудил такие шаги молодого Советского правительства, как роспуск Учредительного собрания и заключение Брестского мира. Однако принять участие в борьбе с Советской властью и возглавить антибольшевистское правительство, как предлагал ему Б.В. Савинков, наотрез отказался, ответив: “Я сорок лет своей жизни отдал пролетариату, и я не буду его расстреливать даже тогда, когда он идёт по ложному пути”.

Плеханов не поспевал за динамичным развитием событий, серьёзно влиять на которые ни он, ни его единомышленники по группе «Единство» не могли. Революционер-практик из Плеханова не состоялся, да и возможностей в то время у него для этого не было. Реальный ход истории во многом разочаровывал Плеханова. Н.Валентинов теперь сравнивал Г.В. Плеханова, этого недавнего марксистского “полубога” с забытым и забываемым Фирсом из «Вишневого Сада» Чехова. Его здоровье неуклонно ухудшалось, и он, отстранённый от активной политической роли, был вынужден ограничиваться редактированием своей газеты "Единство", где публиковал статьи с откликами на важнейшие политические события, вёл спор с оппонентами и идейными противниками. Вскоре, однако, и газета была закрыта. Октябрьская революция застала Плеханова в Царском Селе. Туда он переехал осенью 1917 года с квартиры Н.И. Иорданского в Басковом переулке, где жил после возвращения из эмиграции. В первую же неделю после Октября здоровье Плеханова резко ухудшилось, чему способствовали сырой петроградский климат и переживания по поводу революционных событий. В.И. Ленина со всех сторон обступали неотложные дела, однако он, узнав о тяжёлом состоянии Плеханова, поручил секретарю Петроградского Совета С.И. Гусеву немедленно передать своему политическому противнику продукты и тёплую одежду. Однако состояние здоровья Плеханова было уже безнадёжным.

Утром 2 ноября Плеханова на санитарном автомобиле отвезли в Петроград во Французскую больницу Святой Марии Магдалины на 14-й линии Васильевского острова, но его здоровье продолжало ухудшаться. Его жена, Розалия Марковна Плеханова (урождённая Боград), решила перевезти мужа в Финляндию, в частный санаторий “Питкяярви” (в 10 км от города Терийоки, ныне – Зеленогорск) доктора Циммермана, который считался хорошим специалистом по лёгочным заболеваниям. Плехановы покинули Петроград 28 января 1918 года. Первое время казалось, что наступило улучшение: Плеханов много работал, несколько часов в день читал, делал выписки, отметки. Но утром 18 марта началось кровотечение, которое не могли остановить несколько дней. Розалия Марковна писала: “Больной мой уже не настаивал на чтении, не делал записей. Произошёл крутой поворот в его болезни и наша жизнь в санатории вошла в безысходную полосу”. 15 мая Плеханов хотел продиктовать письмо к дочери, но у него не хватило сил. Начиная с 20 мая, состояние Плеханова ухудшалось с каждым часом, у него начался бред и галлюцинации.

30 мая 1918 года в 2 часа дня выдающийся теоретик марксизма, один из руководителей социал-демократического движения Г.В. Плеханов умер от эмболии сердца, возникшей в результате обострения туберкулёза. Советские власти ещё при жизни Плеханова добивались возможности поездки к нему. Поскольку в середине мая Финляндия разорвала дипломатические отношения с Советской Россией, Наркомат по иностранным делам РСФСР вёл переговоры через германского посланника – графа Вильгельма Мирбаха. Пока они шли, стало известно, что Плеханов умер, поэтому разрешение получили уже для вывоза его тела.

5 июня гроб с телом Плеханова доставили в Петроград. Большевики отвели ему почётное место на Литераторских мостках Волковского кладбища, рядом с могилой Белинского. Через три года, в 1921 году В.И. Ленин в одной из своих статей напишет, что “нельзя стать сознательным, настоящим коммунистом без того, чтобы изучать – именно изучать – всё, написанное Плехановым по философии, ибо это лучшее во всей международной литературе марксизма”. Литературное наследие Плеханова по инициативе Ленина стало предметом широкого исследования. По решению Советского правительства в 1920-х годах были изданы сочинения Плеханова. Его библиотека и архив, находившиеся за границей, были собраны и перевезены в Ленинград.

Прошедшие десятилетия показали, что предупреждение Плеханова об опасностях на пути социалистического созидания отнюдь не было беспочвенно. Сбылось и его предсказание о возникновении "социалистической касты", которая всё дальше и дальше отрывалась от народа, завершив эту свою эволюцию предательством национальных и социальных интересов общества. Если основной заботой Плеханова, делом его жизни как мыслителя-марксиста и русского социал-демократа была забота о европеизации и приобщении к цивилизации русской революции и стремление не допустить, чтобы она превратилась в социалистически незрелую революцию или в нечто вроде восточного деспотизма, которого он так опасался, то следует признать, что в этом он потерпел полный провал.
«Плеханов был лично благородным и этически глубоким человеком, верность марксизму никогда не заглушала в нём ни подлинного морального благородства, ни интересов к истине и её прогрессу, он ещё задолго до революции окончательно разошёлся с Лениным. Плеханов сурово осуждал политику и тактику большевиков, а в 1917 году был одним из самых ярых противников Октября и считал его величайшим историческим несчастьем».

Д.Н. Шуб «Политические деятели России (1850-х – 1920-х гг.)». Нью-Йорк. 1969.


Надгробие входит в Перечень объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения, находящихся в г.Санкт-Петербурге
(утв. постановлением Правительства РФ от 10 июля 2001 г. N 527)
могила Г.В. Плеханова

могила Г.В. Плеханова